ВОПЛОТИТ ЛИ АБХАЗИЯ НАКАЗ СВОЕГО ПРЕЗИДЕНТА?

ВОПЛОТИТ ЛИ АБХАЗИЯ НАКАЗ СВОЕГО ПРЕЗИДЕНТА? В связи с внезапной кончиной в последних числах мая в московской клинике второго президента Абхазии Сергей БАГАПША в повестку дня, активно обсуждаемую политиками и политическими аналитиками как в самой Абхазии, так и в сопредельных государствах, занесен целый комплекс непростых вопросов, связанных не только с прогнозами новых персоналий на ее политическом Олимпе, но и с общим вектором ее дальнейшего развития. Оно (развитие) невозможно без кардинальной модернизации политического режима Сухума.

О Сергее БАГАПШЕ, пусть даже и отчасти по печальной традиции, пишут и говорят в основном хорошо. «Последний интернационалист Кавказа» был одним из последних советских управленцев, сумевших остаться во власти в постсоветскую эпоху. Имея диплом агронома Грузинского института тропического хозяйства, жену-грузинку и интернационалистскую закалку, приобретенную в комсомольско-партийных органах, он не смог стать тем, кого принято называть «абхазским националистом», подставляя себя под обвинения в чрезмерной лояльности к грузинам и чрезмерной «пророссийскости». Однако именно при его президентстве народ Абхазии стал в полном смысле нацией — со своим независимым государством и официальным абхазским языком. Вместе с тем в английский, немецкий и французский языки название этой страны проникло через русский язык, имеющий сейчас статус второго официального.

Знающие люди говорят, что Сергей БАГАПШ был чрезмерно мягким человеком, не вполне подготовленным к новым жестким постсоветским временам, пришедшим на смену относительно сытому и беспечному для Грузинской ССР брежневскому периоду «развитого социализма». В отличие от своего предшественника Владислава АРДЗИНБЫ, «президента войны», Сергей БАГАПШ стал «президентом мира», сумев найти понимание у различных групп интересов. На свои первые президентские выборы в 2004 г. он шел под лозунгом «необходимости менять авторитаризм, существующий в республике вот уже 11 лет». Уместно задаться вопросом: «Удалось?».

Среди многочисленных оценок его политического наследства можно прочитать и о том, что при нем Абхазия стала наиболее демократичной республикой Кавказа. Такого либерализма в отношении оппозиции и СМИ нет ни в Южной Осетии, ни на Северном Кавказе. Невозможно и представить в Абхазии разгона демонстрантов, подобного тому, что произошел недавно в Грузии. В Абхазии при БАГАПШЕ не было ни одного политзаключенного. При этом отмечается, что оборотной стороной его «мягкого» стиля правления является разгул криминала, от которого стонут сейчас и отдыхающие, и местные жители.

И в этом кроется ответ на первый поставленный выше вопрос? Если уровень преступности в стране, как и многое другое, зависят от одного человека, обличенного высшей властью, то это означает лишь одно — страна управляется в автократическом режиме. В такой стране государство делает лишь то, что повелевает его первое лицо и настолько старательно, насколько оно в состоянии это проконтролировать. В таком механизме управления ничего автоматически не включается и не выключается — все приходится делать в ручном режиме.

Кончина президента, как и следовало ожидать, сделала Абхазию заложницей ее политического режима. Именно в этом состоит существо переживаемого ею момента, а, следовательно, и набор потенциальных векторов ее дальнейшего развития. Можно сколько угодно радоваться фактам ее признания Республикой Вануату (мучительно отыскивая таковую на карте), уже признавшие абхазскую независимость страны могут признать ее повторно, а не признавшие — остаться на прежней позиции или сменить гнев на милость, все это мало что определяет в дальнейшей судьбе жемчужины Черного моря.

Кончина президента застала властные сухумские элиты врасплох. Ожидалось, что оставаясь на своем посту как минимум до осени, Сергей БАГАПШ назовет своего преемника (предположительно, вице-президента Александра АНКВАБА), который будет легитимирован через формальную процедуру выборов. Однако этого не случилось. Теперь, согласно закону «О выборах президента Республики Абхазия», новые выборы должны быть проведены в трехмесячный срок с момента досрочного прекращения президентских полномочий, т.е. не позднее 29 августа 2011 г. Наряду с АНКВАБОМ обозреватели в качестве основных претендентов называют премьер-министра Сергея ШАМБУ и лидера «антибагапшевской» оппозиции Рауля ХАДЖИМБУ.

Четыре, слава Богу, безуспешных покушения на Александра АНКВАБА в 2005-2010 дают основания думать, что далеко не все абхазские группы интересов хотят видеть его в президентском кресле.

Сергей ШАМБА, наверное, как никто другой в Абхазии имеет богатый дипломатический опыт. Долгие годы он стоял во главе МИД республики, вел переговоры с Грузией, европейскими дипломатами, послами США в Тбилиси, принимал участие в международных форматах (Женевские переговоры под эгидой ООН и Женевские консультации по стабильности и безопасности на Кавказе). Этот опыт был бы востребованным в решении проблемы деизоляции.

Кстати в последнее время Запад, продолжающий не признавать абхазскую государственность, активно ищет каналы развития контактов с республикой. Понятно, что за этими процессами внимательно наблюдает Кремль, и его позиция окажет влияние на расклад сил и электоральных предпочтений в период президентских выборов.

Приход на высший государственный пост Рауля ХАДЖИМБЫ стало бы символом победы оппозиции. Кроме того, следует вспомнить, что на выборах 2004 года его кандидатура (бывшего сотрудника органов госбезопасности) активно лоббировалась тогдашним президентом России. Свежие материалы СМИ однозначно свидетельствуют о том, что российско-абхазские межгосударственные отношения вряд ли будут впредь соответствовать романтическим эпитетам, которые им пытаются приклеить живописцы «братской дружбы» союзных республик.

Иными словами, налицо ситуация, когда нет кандидата, устраивающего всех. Выход их этой естественной ситуации страны с демократическими режимами находят в простой процедуре выборов, итог которых, как правило, никем не подвергается сомнению. Проигравшие поздравляют победившего, давая своим избирателем «добро» на признание легитимности нового главы государства. Возможны ли такие выборы в Абхазии?

Чтобы их провести, во-первых, нужна команда сверху. Кто ее может дать, а главное, будет ли она выполнена действующими чиновниками, если все они понимают, что за сменой президента неизбежно последует полная трансформация всей пирамиды власти и всего комплекса ее отношений с обществом — бизнесом, политическими партиями, общественными организациями, СМИ ?

Поэтому реальные выборы уже начались без их официального объявления. Они будут проходить в форме негласного торга между претендентами и стоящими за ними силами. Если договориться удастся, решение будет оформлено через процедуру официальных выборов. Если не удастся, то возникнет кризис власти, который может продолжаться достаточно долго, как, например, в Молдове, пока не возникнет необходимого перевеса сил. Предсказать результат такого противостояния сейчас невозможно, особенно с учетом начинающегося обострения комплекса внутренних и внешних проблем Абхазии.

К основным из них эксперты относят рост коррупции и иных видов преступности, безнадежно портящих курортный имидж республики, без которого проблематично развитие главной отрасли экономики — сервиса отдыхающих; развитие сельского хозяйства тормозится неурегулированностью отношений земельной собственности; односторонняя ориентация на Россию 2/3 объема торгового оборота и восьмикратное превышение импорта над экспортом; увеличение потока возвращающихся на родину мухаджиров, что вызывает рост популярности ислама, особенно среди молодежи; разногласия в Абхазской церкви, спровоцированные, в частности, вопросом о признании ее самостоятельности со стороны Русской Православной Церкви; всплеск эмоциональных дискуссий по поводу делимитации российско-абхазской границы; концептуальная неопределенность во внешнеполитической стратегии в условиях активизации внешних геополитических игроков.

Вряд ли решение всех этих проблем по силам даже самому мудрому и работоспособному главе государства. Здесь нужна энергия всего народа этой юной республики, которая в ноябре отметит свое 17-летие. Но для того, чтобы пробудить творчество масс, Абхазии не обойтись без модернизации ее политического режима.

Вячеслав ЯГУБКИН, к.полит.н., политолог, эксперт PolitRUS по международным отношениям.

Поделиться в соц. сетях

ВОПЛОТИТ ЛИ АБХАЗИЯ НАКАЗ СВОЕГО ПРЕЗИДЕНТА?
0
ВОПЛОТИТ ЛИ АБХАЗИЯ НАКАЗ СВОЕГО ПРЕЗИДЕНТА?

Вы можете оставить комментарий, или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

Вы должны войти в систему , чтобы оставить комментарий