КАРАБАХСКИЙ ГАМБИТ РОССИИ

АРСЕНИЙ СИВИЦКИЙ

В ночь с 9 на 10 ноября лидеры России, Армении и Азербайджана подписали заявление о прекращении «шестинедельной» войны в Нагорном Карабахе, начавшейся в конце сентября.

С одной стороны, Карабахский мир стал результатом невмешательства России в военный конфликт между Армений и Азербайджаном, давления Кремля на Ереван по реализации так называемого плана ЛАВРОВА по возвращению оккупированных районов вокруг самопровозглашенной Нагорно-Карабахской Республики в юрисдикцию Азербайджана и ввода на них российских миротворцев.

С другой стороны, Кремль пошел на заключение сделок с Азербайджаном и Турцией, обменяв свое давление на Ереван, невмешательство в конфликт и принуждение к миру армянской стороны на дивиденды политического и экономического характера, о которых станет известно лишь по прошествии некоторого времени.

Турция негласно присутствовала на всех этапах «шестинедельной» войны. А рамочные условия урегулирования азербайджано-армянского конфликта, судя по всему, стали результатом договоренностей между Кремлем и Анкарой.

Такая модель поведения Москвы не связана с якобы желанием наказать премьер-министра Никола ПАШИНЯНА, пришедшего к власти на волне бархатной революции 2018 года.

Перед нами результат реализации нового геостратегического подхода, представляющего собой ревизию и оптимизацию внешнеполитических и стратегических целей России в новых условиях.

Побочным эффектом этого подхода выступает сброс «токсичных» активов, чем долгое время для Москвы выступал Карабах, который де-факто являлся продолжением Армении, но в отношении которого Москва де-юре не имела никаких реальных военно-политических обязательств. А нерешённость конфликта создавала не только региональную напряженность, но и препятствовала развитию отношений с Турцией и Азербайджаном.

Итог войны: «План ЛАВРОВА» в действии

Как следует из текста трехстороннего заявления, «шестинедельная» война между Арменией и Азербайджаном закончилась на полностью выгодных условиях для Баку. Под контроль Азербайджана отходят не только занятые им во время боевых действий территории (Кубатлинский, Джебраильский, Зангеланский районы), но и остальные так называемые оккупированные районы (Агдамский, Кельбаджарский, Лачинский), находившиеся на момент заключения перемирия под контролем армянских сил.

Все семь «оккупированных районов» являлись так называемым поясом безопасности вокруг самопровозглашенной Нагорно-Карабахской Республики (НКР). Дополнительно азербайджанская сторона сохраняет контроль за городом Шуши — второго по величине и значимости населенного пункта непризнанной НКР после столицы Степанакерт.

Спокойствие, с которым Москва наблюдала за тем, как азербайджанские силы наступали и громили войска своего главного союзника на Южном Кавказе, объясняется несколькими причинами. Оно было обусловлено не только и не столько тем фактом, что формальные военно-политические обязательства перед Арменией заканчиваются на собственно международно признанной армянской территории, а Нагорный Карабах не признан Россией и не входит в зону ответственности ОДКБ.

Главная причина, по которой Кремль не вмешался и даже оказал давление на Ереван, заключается в том, что разгром армянских войск в конфликте с Азербайджаном был единственным способом принудить Армению к выполнению так называемого плана ЛАВРОВА.

Его выполнение Москва тщетно пыталась навязать Еревану как минимум с 2016 года, но всякий раз наталкивалась на жесткое сопротивление армянских элит, особенно «карабахского клана», как до бархатной революции 2018 года, так и после.

Хотя долгое время существование плана ЛАВРОВА отрицалось, по сути, он был основан на так называемых Мадридских принципах — основных принципов урегулирования нагорно-карабахского конфликта, предложенных Минской группой ОБСЕ конфликтующим сторонам в Мадриде в ноябре 2007 года. Впоследствии они несколько раз обновлялись. Однако Минская группа ОБСЕ так и не смогла навязать их выполнение армянской стороне.

Решающая роль в принуждении Еревана к выполнению этих принципов принадлежит России. Комбинация таких факторов, как невмешательство Кремля в азербайджано-армянский конфликт и давление на Ереван, постоянные консультации с Баку и Анкарой, которая в течение всей «шестинедельной» войны оказывала активную дипломатическую и военно-техническую поддержку своему азербайджанскому союзнику, обусловили достижение «карабахского мира».

Хотя с первого взгляда может показаться, что Россия понесла значительные репутационные и геополитические потери, не оказав поддержки своему формальному военно-политическому союзнику, позволила усилить свое влияние в Азербайджане Турции и даже допустила развертывание там турецких военных-миротворцев, по факту Москва расширила свое влияние в регионе, развернув свой военный (миротворческий) контингент на территории НКР, территория которой де-юре является азербайджанской.

Таким образом, уже имея военную базу в Армении, Москва спроецировала свое военное присутствие и на де-юре территорию Азербайджана.

Хотя в тексте трехстороннего заявления вопрос статуса НКР проигнорирован, эта территория в ближайшие пять лет останется под управлением российской военно-гражданской администрации. Уйдет ли российский миротворческий контингент оттуда после истечения срока своего пятилетнего мандата, остается открытым вопросом.

Опыт других территорий с присутствием российских миротворцев (Приднестровье, Южная Осетия) показывает, что если они куда-то приходят, то уже никогда не уходят. Поэтому не исключено, что Кремль попытается разыграть карту особого статуса Карабаха в юрисдикции Азербайджана, но де-факто под российским контролем с бессрочным военным присутствием как гарантия безопасности для местного населения.

Армения, несмотря на усиление антироссийских и националистических настроений после поражения в «шестинедельной» войне, еще в большей степени попала в военно-политическую зависимость от Кремля.

На фоне усиления влияния Турции в регионе и, в частности, на Азербайджан, что на практике было продемонстрировано во время военной кампании, Россия становится единственным фактором, сдерживающим азербайджано-турецкий альянс от расширения военных действий уже на саму Армению. Политическая судьба армянского премьер-министра Никола ПАШИНЯНА также теперь находится в руках Москвы.

Ряд комментаторов уже успели заявить, что вся эта авантюра Кремля с принуждением к «карабахскому миру» является наказанием ПАШИНЯНА за приход к власти с помощью цветной революции, а возникшая внутриполитическая турбулентность на руку Кремлю, так как она приведет к отставке ПАШИНЯНА и возвращению в политику старой пророссийской оппозиции.

На деле же все выглядит с точностью наоборот: Москва не заинтересована в приходе своих старых клиентов к власти, многие из которых к тому же являются представителями «карабахского клана», так как они с большой вероятностью не будут соблюдать перемирие с Азербайджаном и попытаются вернуть отошедшие территории с помощью войны.

Такое развитие событий очевидно нарушит баланс интересов и условия сделок, заключенных с Баку и Анкарой, и поэтому не входит в планы Кремля. А вот поддержав ПАШИНЯНА и дав ему карт-бланш на зачистку старой пророссийской оппозиции (за подготовку военного переворота и его убийства), Москва теперь в его лице получает нового клиента, обязанного своим политическим и физическим выживанием.

Россия же, судя по всему, получит за свои услуги по принуждению Армении к Карабахскому миру ряд дипломатических и торгово-экономических дивидендов. Рискнем предположить, что они будут касаться активизации военно-технического сотрудничества как с Баку, так и с Анкарой, а также реализацией совместных инфраструктурных и энергетических проектов.

Карабахский мир знаменует собой переход России к новому геостратегическому подходу обеспечения своего влияния как на постсоветском пространстве, так и в других регионах мира.

Он предполагает деидеологизацию внешней политики, учет объективных факторов и тенденций, в том числе ограниченное признание интересов других игроков и осознание собственных возможностей/ограничений, минимизацию геополитических рисков (отказ от конфронтации) и сокращение экономических издержек и др.

Этот подход уже получил название «стратегической сдержанности». На практике его реализация приведет к тому, что Кремль будет избавляться от «токсичных» активов и клиентов (будь то территории или политические фигуры), пытаясь обменять их на дивиденды от различных внутренних и внешних игроков через заключение многосторонних сделок наподобие тех, которые сопровождали движение к Карабахскому миру.

Арсений СИВИЦКИЙ, директор Центра стратегических и внешнеполитических исследований.

Поделиться в соц. сетях

КАРАБАХСКИЙ ГАМБИТ РОССИИ
0
КАРАБАХСКИЙ ГАМБИТ РОССИИ

Вы можете оставить комментарий, или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

Вы должны войти в систему , чтобы оставить комментарий