ХИМЕРА ЛИБЕРАЛИЗМА: ЧТО НЕ ТАК С ТОРГОВОЙ ПОЛИТИКОЙ АРМЕНИИ

Карине Минасян

Уровень использования производственных мощностей в Армении составляет на сегодня около 46%, являясь, согласно оценкам Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), одним из самых низких показателей среди стран ЕАЭС.

Представители армянского бизнес-сообщества в свою очередь указывают на то, что в стране нет вопроса, как производить. — Самый большой вопрос, где и как продавать, поскольку из-за мощного давления импорта национальные производители банкротятся уже в самой начальной стадии своего развития.

В беседе с экс-членом коллегии (министром) ЕЭК по внутренним рынкам и ИКТ Карине МИНАСЯН мы попытались понять, должно ли Правительство Армении принять срочные меры по поддержанию продажи продукции своих производителей или государству все же не стоит вмешиваться во взаимоотношения хозяйствующих субъектов?

Торговая политика, пожалуй, — один из самых дискутируемых вопросов в экономике. И эта дискуссия продолжается на протяжении нескольких веков, начиная с Первой промышленной революции в Англии.

Суть ее заключается в выборе модели организации отношений между государством и бизнесом. При этом в выборе торговой политики всегда присутствует дилемма: защищать и поддерживать национальный бизнес (протекционизм) или довериться «независимой руке» рынка, которая обеспечит использование сравнительных преимуществ национальной экономики и приведет к развитию (либерализм).

Не вдаваясь в аргументы за и против того или иного выбора, которых за два столетия накопилось достаточно много, приходишь к выводу, что истина где-то посередине. И зависит она от конкретного временного периода, экономической ситуации, условий конкуренции и т.д.

Армения после приобретения независимости безусловно приняла формулу Вашингтонского консенсуса, в основе которой лежали принципы либерализма, основанного на «трех китах»: стабильность, свобода рынков и приватизация.

На этом базисе государство практически отказалось от проведения как внутренней, так и внешней активной торговой политики, направленной на защиту национальных производителей, о чем свидетельствует законодательство Армении.

Ситуация несколько изменилась со вступлением Армении в ЕАЭС. В договоре о ЕАЭС зафиксирован широкий спектр инструментов внешней торговой политики, среди которых ограничение доступа на внутренний рынок союза, использование квотирования, высоких тарифных ставок по чувствительным группам товаров, применение демпинговых или компенсационных пошлин и даже инструментов регулирования цен на внутреннем рынке.

А как насчет Армении? Есть ли подобные инструменты у нас для защиты интересов местных производителей?  

Законодательством нашей страны не предусмотрены инструменты для осуществления проактивной торговой политики на внутреннем рынке Армении, направленные на защиту местного производителя. Поясню, о чем идет речь.

Дело в том, что в последние годы в Армении мы наблюдаем бурное развитие организованной торговли, а именно торговых сетей. Их доля в розничной торговле стремительно растет. По оценкам некоторых экспертов, она уже приближается к отметке 40%.

Фактически розничные сети постепенно становятся регуляторами на внутреннем рынке и уже играют определяющую роль в вопросе о том, какому товару и по какой цене появиться на внутреннем рынке Армении. По сути, именно они диктуют условия поставщикам и в определенном смысле — потребителям.

Более того, торговые сети в последнее время сами становятся крупными импортерами и заодно производителями товаров широкого потребления. В реалиях это означает, что на «лучших» полках в магазинах оказывается тот товар, в продаже которого заинтересована сама сеть.

Однако это явление характерно не только для армянского товарного рынка. Укрупнение торговых посредников и сетевой принцип их организации давно являются глобальным трендом.

Но многие страны вводят в свои законодательства инструменты торговой политики, позволяющие своевременно реагировать на вызовы, связанные с перекосами в торговле, и через их использование обеспечивают поддержку местных производителей.

То есть выход все-таки есть и государство при необходимости может сказать свое веское слово?

Одним из наиболее спорных, но при этом наиболее действенных инструментов является установление требования к торговым сетям по обеспечению на полках сетей определенного количества и/или наименования товаров национального производства.

Такие меры, например, применяют Беларусь, а также Казахстан, который к тому же дополнительно требует выделять казахстанский товар конкретными указателями.

Практически все страны ЕАЭС устанавливают правила для крупных розничных сетей, связанные с регулированием взаимоотношений с поставщиками (производителями).

Эти правила, во-первых, касаются требований публичного раскрытия в интернете условий дистрибуции, что делает прозрачными правила доступа к сетям, повышая ответственность сетей перед поставщиками.

Во-вторых, зачастую устанавливаются сроки оплаты за поставленный товар.

Для Армении это более чем актуальная проблема, учитывая то, что, как отмечают многие производители, есть у нас торговые сети, которые месяцами, а то и годами не платят деньги местным поставщикам за уже реализованную продукцию.

В России, к примеру, срок оплаты поставщикам товаров законодательно не может превышать 40 дней, а для скоропортящихся товаров — 8 дней. Но есть и еще один заслуживающий внимания инструмент регулирования торговли. Речь идет об ограничении платы за продвижение товара в сети, которая, например, в России не может превышать 5% от объема поставок товара.

Этот инструмент выступает как сдерживающий фактор на конкурентном поле между местными компаниями и глобальными корпорациями, такими как, например, PhilipMorrisили Procter& Gamble.

Транснациональные корпорации на этапе входа на рынок тратят колоссальные бюджеты на продвижение своих товаров. Очевидно, что у национальных производителей таких ресурсов нет. Существуют также механизмы, ограничивающие наценку на товары, реализуемые в торговых сетях.

Конечно, у подобных мер есть много плюсов и минусов, связанных со сложностями администрирования. Но мы не можем исходя из подобных аргументов игнорировать ситуацию, складывающуюся для местных производителей (загрузка производственных мощностей до 50%).

Еще один важный вопрос связан с предоставлением приоритетов местным производителям в государственных закупках. Примечателен опыт США, где в период правления Дональда ТРАМПА был принят закон Buy American, в соответствии с которым в тендерах на участие в госпроектах должно закупаться от 50% до 70% товаров, произведенных в США из американского сырья и материалов.

Подобные нормы для различных отраслей есть в законодательстве России, Казахстана и других стран. Но отсутствуют в армянском законодательстве.

Другая системная проблема — это проблема суррогатов. Здесь речь не столько о проблеме защиты товарных знаков, сколько о проблеме качества и цены некоторых товаров.

Зачастую на прилавках магазинов мы встречаем товары, продаваемые под известными торговыми марками, качество которых далеко не соответствует стандартам страны производителя оригинальной продукции (контрафактная продукция).

Низкая цена делает эти товары привлекательными для потребителя. При этом поставщики этих товаров получают неоправданный бонус за «чужой» бренд. Для решения этой проблемы существует механизм цифровой маркировки. Хотя в нашей стране этот механизм пока используется только для фискальных целей.

Госпожа МИНАСЯН, говоря об инструментах регулирования взаимоотношений между поставщиком и производителем продукции, мы не можем не затронуть тему электронной торговли, которая с каждым годом набирает все больше оборотов.

Действительно, страны всего мира озабочены растущим объемом трансграничной электронной торговли, которая отнимает потребителей у национальных поставщиков, разрушая старые каноны взаимодействия с потребителем. Более того, она навязывает (особенно малым странам) свои условия торговли.

Что касается Армении, то объем международных посылок в соответствии с данными Армстата растет в последние годы в среднем от 20% до 30% год. Это значит, что армянские производители напрямую вступают в глобальную конкуренцию с транснациональными корпорациями (в том числе с электронными платформами), причем вне рыночных ограничителей.

В Армении на товары, получаемые гражданами в качестве международных посылок, действуют льготные тарифы. В 2020 году тарифы снизились с 30% до 15% на посылки стоимостью более 200 долларов, а на посылки менее 200 долларов и вовсе отсутствуют налоги. Кроме того, отсутствуют требования сертификации, подтверждения соответствия, обнуляются расходы на дистрибуцию и т.д.

Каждая страна пытается самостоятельно регулировать эту сферу. Как минимум через каналы налогообложения и защиты прав потребителей, а как в случае с Китаем — через временное закрытие рынка.

В армянском законодательстве реальных инструментов регулирования рынка, связанных с новыми цифровыми каналами дистрибуции, которые были бы направлены на защиту местных производителей, тоже пока нет.

Все эти примеры (этот список можно продолжать достаточно долго) доказывают постепенное изменение крена государственной торговой политики в сторону протекционизма, в том числе и в странах Евразийского экономического союза.

Мы наблюдаем отказ от либеральной политики в сфере торговли во все большем и большем количестве государств, которые активно защищают собственных производителей. Инструменты в этой сфере постоянно трансформируются, становятся более скрытыми и изощренными, а иногда с государственного уровня даже передаются на муниципальный.

В связи с этим встает закономерный вопрос: может, настало время пересмотреть подходы во внутренней торговой политике Армении и начать более активно поддерживать национального производителя? Как долго химера либерализма будет поглощать наши умы?

Эдита КАРАХАНЯН, «Голос Армении».

Поделиться в соц. сетях

ХИМЕРА ЛИБЕРАЛИЗМА: ЧТО НЕ ТАК С ТОРГОВОЙ ПОЛИТИКОЙ АРМЕНИИ
0
ХИМЕРА ЛИБЕРАЛИЗМА: ЧТО НЕ ТАК С ТОРГОВОЙ ПОЛИТИКОЙ АРМЕНИИ

Вы можете оставить комментарий, или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

Вы должны войти в систему , чтобы оставить комментарий