МИФЫ И РЕАЛИИ ТУРЕЦКОЙ ГЕОПОЛИТИКИ

ДУГИН

После восстановления Азербайджаном контроля над территорией Нагорного Карабаха всё чаще аналитики стали замечать рост турецкой активности как в Кавказском регионе, так и шире — в Средней Азии.

Реджеп Тайип ЭРДОГАН снова стал укреплять своё присутствие в тюркских государствах, начал продвигать турецкие интересы в Грузии, нацелился на Афганистан, где также значительная часть населения имеет тюркские корни (афганские узбеки).

При этом надо заметить, что такие тенденции не вписываются в неоосманизм. Большинство территорий, о которых идёт речь, никогда не были в составе Османской Империи. В эпоху «холодной войны» пантюркизм и пантуранизм искусственно поддерживался в Турции, стране НАТО, со стороны США. В последнее же десятилетие, когда ЭРДОГАН начал проводить всё более и более суверенную и самостоятельную политику, пантюркизм существенно ослаб.

И вот снова налицо явные признаки его возрождения. Но теперь в ином контексте. Это уже не давление Запада, использующего Турцию в большой игре против континентальной России, но личная инициатива ЭРДОГАНА.

Особенно это стало заметно после Карабаха, и на уровне имиджа и в Турции, и в самом Азербайджане победу приписали целиком альянсу Баку-Анкара.

На самом деле решающим фактором, наряду с хорошей подготовкой к войне Ильхама АЛИЕВА, было согласие на силовое восстановление территориальной целостности Азербайджана со стороны Владимира ПУТИНА. Главные решения принимались именно в Москве. И от ПУТИНА зависело, чей Карабах.

Ранее Российский лидер договорился с предыдущим Президентом Армении Сержем САРГСЯНОМ о частичном разблокировании карабахаской проблемы за счёт передачи пяти районов. Но поддержанный Фондом СОРОСА и глобалистами Никол ПАШИНЯН, устроивший в Ереване «цветную революцию», аннулировал все договорённости.

А с ПУТИНЫМ так не поступают. Именно благодаря политике ПАШИНЯНА и в ответ на действия проамериканского прозападного лобби в Армении ПУТИН принял решение о Карабахе. Каким было это решение, мы видим сейчас. Оно могло быть совершенно другим. И здесь турецко-азербайджанский альянс, боюсь, ничего бы с этим поделать не мог.

Во многом так же обстоит дело и с турецкими позициями на Ближнем Востоке, который на самом деле некогда после Византии был территорией Османского контроля. И здесь ЭРДОГАНГ ведёт свою более или менее успешную политику только потому, что Россия этому не мешает.

При нынешней фронде ЭРДОГАНА с Западом, когда в июле 2016 года Запад и ЦРУ попытались вообще его скинуть, именно дискретная поддержка Москвы позволяет Анкаре укреплять свой суверенитет.

Но эта политика Москвы, на многое закрывающей глаза в Сирии, Ливии, Ираке и теперь в Азербайджане, не следствие нашей слабости, а результат далеко идущего геополитического расчёта. Россия строит многополярный мир, стремясь максимально ограничить территорию единоличной гегемонии США. И амбициозный ЭРДОГАН на практике этому содействует. Но всё это будет работать до определённой границы.

Такой границей является и военное партнёрство Анкары с русофобским Киевом, и слишком громогласное бравирование турецко-азербайджанским альянсом (забывая о Москве, где на самом деле всё и решалось), и активизации пантюркизма в Средней Азии.

За исключением украинского направления, которое Анкаре стоило бы вообще свернуть (и чем быстрее, тем лучше), стальные векторы турецкой политики можно было продолжать — но лишь не от лица НАТО и при тщательном согласовании красных линий с Россией.

Заход Турции в Среднюю Азию —  уже не османизм, но определённая версия турецкого евразийства. Москва теоретически против этого ничего не имеет, но турецкое евразийство должно быть согласовано с русским евразийством.

Ведь и Казахстан, и Киргизия, и Узбекистан — не просто союзники России, но члены различных экономических и военных структур. Турция вполне могла бы к ним присоединиться и действовать в общем с Россией ключе.

Только так можно и урегулировать армянский вопрос, ведь Россия как-никак за Ереван в ответе. И послевоенная реконструкция региона должна учитывать интересы всех сторон. Включая кстати и Иран, которого в Карабахской войне как-то забыли. А зря.

Евразийство является чрезвычайно важной идеологией именно в силу того, что оно не имеет догматов. Некоторая неопределённость и открытость — её достоинство, а не недостаток.  Россия же — как heartland, сердечная земля, полюс Евразии и географическая ось истории — и есть главный фактор любых эффективных геополитических построений.

Если Анкара выбирает многополярный мир, то добро пожаловать в клуб и давайте обсуждать пожелания всех сторон. Если речь идёт о единоличной империалистической экспансии или о новом витке обслуживания интересов НАТО — это не просто неконструктивно, а самоубийственно.

России же, в свою очередь, самое время обратить особое внимание на потенциал евразийской доктрины — как в идеологическом, так и в геополитическом смысле.  Без идеологии и опираясь на чистый прагматизм, мы долгосрочные интеграционные проекты просто не вытянем.

Александр ДУГИН, философ.

Источник: Geoполитика.ru.

Поделиться в соц. сетях

МИФЫ И РЕАЛИИ ТУРЕЦКОЙ ГЕОПОЛИТИКИ
0
МИФЫ И РЕАЛИИ ТУРЕЦКОЙ ГЕОПОЛИТИКИ

Вы можете оставить комментарий, или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

Вы должны войти в систему , чтобы оставить комментарий