ЗАЧЕМ ЗАПАДУ БЕЖЕНЦЫ С УКРАИНЫ

ЗАЧЕМ ЗАПАДУ БЕЖЕНЦЫ С УКРАИНЫ
5

Евросоюз достаточно широко открыл свои двери перед беженцами с Украины. Потом попытался немного прикрыть, но США пожурили европейцев, и те согласились принимать беженцев дальше, при том что Америку Вашингтон оставил для украинцев закрытой.

Между тем, если бы двери в Евросоюза для миллионов украинцев не открылись, то количество беженцев было бы в разы меньше. Дело в том, что значительная часть высшего и среднего класса Украины начала передвигаться на Западную Украину еще в декабре 2021 — январе 2022 года, когда американцы впервые начали информационно накачивать тему неизбежного «российского вторжения». Они снимали там дома и квартиры: кто на неделю, кто на месяц, единицы — на полгода.

Поэтому, когда после 24 февраля беженцы стали массово перемещаться на Западную Украину, а цены на жилье стали быстро расти, при переоформлении на новый срок многие оказывались неспособными вновь оплатить аренду квартиры. К середине марта даже наметился ручеек возвращенцев в Киев и другие города Центральной Украины с Запада.

С одной стороны, наступление Российской армии практически остановилось, СМИ киевского режима начали сообщать о готовящихся «контрнаступлениях» ВСУ, с другой, денег на съем жилья в Западной Украине многим стало просто не хватать.

В этих условиях западные области смогли бы (без Европы) «переварить» максимум 5-6 млн беженцев (примерно столько постоянно проживают там в течение последнего месяца). Остальным пришлось бы вернуться домой.

Но Европа, начав с обещания принять 5-6 млн человек, сейчас уже поговаривает о возможности распределить по всему Евросоюзу около 10 млн беженцев. Вместе с 5-6 млн, находящимися на Западной Украине, это примерно 15 млн, то есть половина реального населения Украины накануне спецоперации и больше трети (около 40%) номинального.

При этом надо иметь в виду, что номинальное население шести западноукраинских областей составляет более 10 млн человек. Если отнять минимум 2 млн постоянно находящихся на заработках в Евросоюзе — 8 млн.

В случае если российские войска дойдут до западной границы Украины, минимум половина собственного населения этих областей и не меньше половины проживающих там беженцев также отправятся в Евросоюз, что даст дополнительных 7 млн беженцев. Если до этого Евросоюз успеет принять 10 млн беженцев с Украины (а это реально, учитывая темпы, показанные в первые недели), то, с учетом ранее выехавших гастарбайтеров, всего в Европе окажется около 20 млн граждан Украины.

Вопрос, зачем Евросоюзу столько украинских беженцев?

Еще раз подчеркну, что Евросоюз делает все, чтобы их было как можно больше. Им предоставляется бесплатное жилье, помощь продуктами и одеждой, а также финансовая помощь. Они получают возможность работать без оформления дополнительных разрешений и прочих бюрократических проволочек.

Согласитесь, что для беженцев (особенно небогатых, коими является абсолютное большинство украинцев) условия прекрасные. По сравнению с условиями для сирийских и иракских беженцев, которых Евросоюз со скрипом принимал, но пытался удержать в Турции, украинских практически приглашают приехать.

Но есть нюанс. Евросоюз старательно блокирует возможность получения беженцами с Украины гражданства или вида на жительство в странах-членах союза. Понятно, что кто-то эти запреты обойдет, но стать полноценными «европейцами» так же легко, как недавно иракцы или сирийцы, украинцы не смогут. Все программы помощи в Евросоюзе рассчитаны на полтора-два года, после чего предполагается, что украинцы территорию Евросоюза покинут и вернутся на родину.

Почему такой срок?

Если в Евросоюзе рассчитывают, что Россия быстро выведет с Украины свои войска, то можно было бы давать убежище на полгода-год.

Если Евросоюз считает, что Россия останется на Украине надолго, то почему только два года украинцы могут пользоваться европейскими щедротами?

Думаю, что проблема заключается в намерении Европы и США (коллективного Запада) дважды использовать этих людей против России.

На первом этапе они беженцы (перемещенные лица). Ясное дело, они всем будут говорить, что бежали от «российской агрессии», и расписывать ее ужасы. Запад же сможет во все горло орать о гуманитарной катастрофе и этнических чистках, предъявляя в качестве доказательства от половины до двух третей предвоенного населения Украины, окопавшегося на территории Евросоюза. В принципе, думаю, прагматичная Европа рассчитывала принять миллионов десять: трети населения Украины в качестве перемещенных лиц тоже за глаза бы хватило, чтобы обвинить Россию во всех смертных грехах.

Но хитрые украинцы явно намерены прорваться в Европу в значительно большем количестве. Некоторые, окопавшись сами, уже начинают вывозить родственников, причем в неблизкие страны (кто в Швецию, кто во Францию), что уж говорить о Польше, Венгрии, Румынии, куда западноукраинские контрабандисты испокон веков тропы протоптали.

Между прочим Евросоюз разрешил украинцам не задерживаться в стране убежища, так что достаточно всеми правдами и неправдами попасть в какую-нибудь Румынию, а уж дальше двигай, куда душа просит и куда денег хватит (хоть в Португалию). Так что живых «аргументов» у европейских русофобов будет с горкой.

Уже этот этап не так безобиден, как кажется, поскольку создает в Европе соответствующее общественное мнение, давящее на власти и осложняющее маневр даже вполне адекватным европейским политикам, совершенно не желающим ссориться с Россией.

Но пройдет полтора-два года, и начнется второй этап. Миллионам украинцев, которые за это время не успеют получить какой-нибудь европейский аусвайс, предложат отправляться на родину. Опять же, кто-то сумеет в последний момент зацепиться за Европу, кто-то уедет в Латинскую Америку. В Африку вряд ли многие поедут. Но 5-7 млн придется так или иначе возвращаться.

Итак, вначале Россия получает опустевшие, разоренные земли с по возможности максимально разрушенными городами. Уцелевшего населения явно недостаточно, чтобы восстановить инфраструктуру и перезагрузить экономику. Москве необходимо вкладывать в преодоление гуманитарной катастрофы значительные ресурсы. Ей никто не помогает, Запад сует палки в колеса, заодно заявляя, что это именно Россия и организовала гуманитарную катастрофу, «геноцид», «этническую чистку».

Проходит два года, ситуацию удается немного стабилизировать. В это время начинается обратный поток бывших беженцев, ненавидящих Россию, желающих немедленно получить жилье и доход либо такие, как были у них последние два года в Евросоюзе, либо такие, как они имели до эмиграции. Причем их доходы в воспоминаниях будут раза в два-три больше, чем были в реальности.

Этих людей нельзя не пустить — они граждане Украины и возвращаются на родину. Они прибывают большими группами в течение короткого времени (5-7 млн должны вернуться за год-два). Их немногим меньше, чем того населения, которое оставалось на Украине после окончания спецоперации, и они серьезно дестабилизируют ситуацию. Адаптировать их значительно труднее, чем тех, кто вообще не уезжал, если вообще возможно.

Что делать?

Я вижу только один способ. Он не очень гуманен и несколько иезуитский, но с волками жить — по-волчьи выть. На тех территориях, которые войдут в состав России, надо установить короткий срок принятия гражданства (замены украинских паспортов на российские), полгода-год. Аналогичные условия замены документов надо установить на тех территориях, которые станут квазинезависимыми республиками.

Очевидно, что большинство окопавшихся в Европе украинцев, надеясь там и остаться, не рванется срочно менять паспорта. А когда они прибудут на границу, то сроки выйдут и они окажутся гражданами несуществующего государства, к которым новые государственные образования никакого отношения не имеют и никаких обязательств перед ними не несут.

Отказывали же в свое время ДНР/ЛНР в некоторых случаях в своем гражданстве даже ополченцам, имевшим несчастье родиться в других областях Украины. Почему бы не взять этот опыт на вооружение.

Поскольку заселять территорию все равно надо, можно даже принимать беженцев обратно. Но паспортный барьер, позволит, во-первых, регулировать темпы миграции, во-вторых, отсекать явный нацистский элемент, в-третьих, на некоторое время (пока не будет получено гражданство) снабжать вернувшихся видом на жительство, что на время лишит их возможности участвовать в выборах, а значит влиять на общественную и политическую жизнь.

Не панацея, конечно, но хоть какой-то механизм контроля.

Ростислав ИЩЕНКО, Ukraina.ru.



АКТУАЛЬНО