КАК РОССИЯ БУДЕТ КОРМИТЬ ПОСТ-УКРАИНУ

КАК РОССИЯ БУДЕТ КОРМИТЬ ПОСТ-УКРАИНУ
187

Сложно сказать, почему мировые сельскохозяйственные новости вращаются вокруг цифры в 20 млн тонн зерновых, нахождение которых на Украине якобы мешает спасти мир от глобального голода

Занимаясь изучением сельского хозяйства Украины, я не смог получить достоверных данных о том, есть ли на Украине те самые 20 млн тонн пшеницы, «запертых в украинских портах Россией», о которых кричат мировые СМИ и офис Президента Украины Владимира ЗЕЛЕНСКОГО.

Но есть абсолютная уверенность, что в 2022 году спасать от голода нужно будет уже саму Украину даже в том случае, если эти 20 млн тонн существуют и они не достанутся европейцам.

Стремление киевской власти после 2014 года превратить Украину в аграрную сверхдержаву, а такую цель поставил в 2016 году экс-посол США в Киеве Джеффри ПАЙЕТТ, на самом деле принесло выгоду украинским латифундистам, но обернулось катастрофой для рынка продовольствия этой страны.

Украина образца 2021 года — это 10% мирового зернового экспорта и 50% мирового экспорта подсолнечного масла. В регионе Евразии значимость Украины была еще выше: 19% потребностей Евросоюза в пшенице, 54% в кукурузе, 40-45% в подсолнечном масле. Совсем неплохо.

Но для граждан Украины эти цифры оборачивались ежегодным ростом доли импортных продуктов питания на внутреннем рынке. Агроолигархи наращивали земельный банк и инвестировали деньги в производство зерновых и масличных (80% украинского агроэкспорта против 50% в России), но не вкладывались в животноводство, овоще- и садоводство — эти отрасли сельского хозяйства были вне сферы их интересов.

И если в 2021 году на Украине недоедали 10 млн человек, а голодали 1,1 млн человек, то в этом году их станет еще больше.

Но есть и разница. За обеспечение продовольствием тех, кто проживает на освобожденных от неонацистов территориях, несет теперь ответственность Россия. Иными словами, Россия теперь будет кормить Украину. И это не миф, а суровая реальность, вызванная накопленной за 30 лет деградацией украинского АПК.

И когда речь идет о территориях Приазовья и Причерноморья — их освобождение было обозначено целью второго этапа специальной военной операции — нужно исходить из того, что снабжать продуктами питания нужно будет 5,5 млн человек.

И делать это придется с поправкой на структуру сельхозпроизводства на территории пост-Украины:

  • В 2020 году украинские крестьяне (или жители украинского села) вырастили в 6,7 раза больше овощей, чем агропредприятия: 8,1 млн тонн против 1,2 млн тонн.
  • 2/3 поголовья крупного рогатого скота (КРС) на Украине содержатся на крестьянских подворьях, тогда как в России — 40%.
  • Рентабельность выращивания сахарной свеклы и винограда, а также овец, коз и КРС на мясо, не говоря уже о производстве куриных яиц, в последние годы являлась стабильно отрицательной.
  • Производство тепличных овощей, скорее всего, не пережило 2021 год — в 2020 году 1 гигакалория тепла обходилась украинским тепличным хозяйства в 3,4 раза дороже, чем их российским конкурентам, где 20% мировых площадей теплиц 4-го поколения.
  • Мощность фрукто- и овощехранилищ к 2021 году составляла не более чем 460 тысяч тонн против 1,5 млн тонн в России.
  • Ежегодно на Украине собирали от 60 до 100 тысяч тонн черешни против 600 тысяч тонн в Турции.
  • На рубеже 2018/19 гг. импорт овощей превысил 260 тысяч тонн, а ввозить начали не только тепличные, но и сезонные овощи. В том же году Россия перешла от импорта к экспорту свинины.
  • В 2021 году Украина впервые с распада СССР начала ввозить куриные яйца из Белоруссии и огурцы из России. Тогда Россия вошла в мировой Топ-3 производителей индейки.

Безусловно, красивые цифры о том, что уже к осени — при условии выхода к границам Приднестровья — Россия сможет контролировать половину площади украинских виноградников, 19% производства зерновых и 8% производства фруктов и ягод не могут не греть душу русского ирредентиста.

Однако реальность состоит в том, что агропромышленный комплекс на территории пост-Украины придется перезапускать. То есть инвестировать в него деньги и внедрять современные технологии. Собственно, это не новость — об этом не так давно сказал вице-премьер России Марат ХУСНУЛЛИН в ходе своего визита в Херсон.

Проблема состоит в том, что не совсем понятно, как это сделать в кратчайшие сроки.

Опыт признанных ЛНР и ДНР, где со стороны России вводится кураторство за районами, городами, предприятиями и вузами, подсказывает, что для Приазовья и Причерноморья необходимо двигаться по той же схеме.

Самый надежный способ перезапустить завод «Чумак» в Каховке — закрепить за ним татарстанский «Нэфис» (Mr. Ricco) или «Эссен» («Махеев»), а возродить мясо-молочное хозяйство невозможно без привлечения специалистов из Вологды, где находится единственная в России молочнохозяйственная академия им. ВЕРЕЩАГИНА, и Брянской области с ее «Мираторгом». Соответственно, мелитопольской черешне не лишней была бы помощь специалистов из кубанского «Сада-Гиганта».

Однако и в этом случае успех не гарантирован: менеджерам от российского АПК придется столкнуться с проблемами, которые они для себя решили еще 10 лет назад, например проблему закупок молока у населения. Это надо не просто организовать на современном уровне, но приучить фермеров и жителей села.

Вторая проблема еще более сложная — образ жизни украинской бюрократии, которая считает, что раз к ней попали бюджетные деньги, то это ее собственные деньги, которые она может тратить так, как ей того хочется.

Следовательно, решать проблемы местного АПК нужно будет в обход местной бюрократии и использовать исключительно безналичный расчет с «окрашенными» деньгами — это осложнит для казнкрадов и мошенников их нецелевое использование. Без этого подключение новых регионов к российскому бюджету, где только в этом году на поддержку АПК заложено 0,5 трлн рублей, рискует обернуться пустой тратой денег — их разворуют.

На последнее место по сложности я бы поставил вопросы обеспечения горюче-смазочными материалами, удобрениями, средствами защиты растений и запчастями для сельхозтехники. Эти проблемы решаются вполне рыночными методами, а значит не потребуют принятия каких-то экстраординарных решений.

И лишь после перезапуска АПК пост-Украины, а также ликвидации его перекоса в сторону растениеводства, Украина вновь начнет кормить сама себя и получит шанс побороться за определенную долю российского рынка. А тренироваться отечественной бюрократии явно придётся на Приазовье и Причерноморье — регионах перспективных, но сложных.

Впрочем, кто сказал, что будет легко?

Иван ЛИЗАН, редактор портала «Сонар-2050».

АКТУАЛЬНО