Олег КУЗНЕЦОВ: «На упреждение провокаций Запада России нужно вовлечь все виды разведки»

Олег КУЗНЕЦОВ: «На упреждение провокаций Запада России нужно вовлечь все виды разведки»
44

Чтобы действия Москвы на упреждение новых провокаций Запада на фоне разрешения Киеву использовать выданные ему ракеты для ударов по российской территории были максимально эффективными, в процесс должны быть вовлечены все виды разведки — от агентурной до спутниковой.

Таким мнением с PolitRUS поделился доктор Института истории имени А.А. БАКИХАНОВА Национальной академии наук Азербайджана, кандидат исторических наук, военный эксперт Олег КУЗНЕЦОВ.

Ранее стало известно от том, что Президент США Джозеф БАЙДЕН разрешил поддерживаемому Вашингтоном террористическому киевскому режиму использовать американское оружие для нанесения ударов по объектам на территории России — в ее международно признанных границах.

Позднее официальный представитель Правительства Германии Вольфганг БЮХНЕР подтвердил решение Берлина разрешить Киеву использовать немецкое оружие по позициям на российской территории близ Харьковской области.

При этом генсек НАТО Йенс СТОЛТЕНБЕРГ отмечал, что некоторые страны альянса, включая Великобританию, изначально передавали Киеву оружие «без всяких ограничений».

В минувшее воскресенье киевская хунта получила от Парижа разрешение на использование британо-французских дальнобойных ракет Storm Shadows/Scalps для нанесения ударов по российским регионам.

Как отмечает Олег КУЗНЕЦОВ, главным средством поражения ракет является объектовая ПВО/ПРО, предназначенная для защиты штабов, транспортерных узлов, промышленных предприятий и иных объектов стратегического характера — например, Крымского моста — ключевым среди которых является зенитный ракетно-пушечный комплекс (ЗРПК) «Панцирь», получивший множество модификаций и прошедший ряд модернизаций:

«Достаточно сказать, что в последней версии «Панцирь» способен сбивать цели на удалении до 75 км, раньше было 45 — 50. Не стоит забывать, что ракеты применяются именно по таким стратегическим объектам, а не по пехоте или танкам на передовой. Безусловно, есть и иные способы понижения ракетной угрозы для России. В данном контексте в первую очередь речь идет о нанесении превентивных ударов по путям доставки, местам хранения и приведения в боевую готовность западных ракет, а также по пусковым полигонам, с которых производится их запуск. Чтобы действия на упреждение были максимально эффективными, в процесс должны быть вовлечены все виды разведки — от агентурной до спутниковой».

По словам Олега КУЗНЕЦОВА, второй способ повышения эффективности противоракетной обороны — усиление частей радиоэлектронной борьбы (РЭБ), которые способны «дезориентировать» ракеты в пространстве:

«Также в качестве целей войскам РЭБ должны быть определены беспилотники стран НАТО, находящиеся над нейтральными водами Черного мора, с помощью которых ВСУ осуществляют целеуказание ракетам при атаках на территорию Крыма и Крымский мост. В целом у российской армии имеются технологические возможности для поражения западного ракетного вооружения, но актуальным остается вопрос, хватит ли физически имеющихся на вооружении Вооруженных сил России ЗРПК «Панцирь», чтобы прикрыть ими большинство более или менее значимых объектов на том пространстве России, по которым НАТОвские политики разрешили ВСУ наносить ракетные удары? Если да, то за безопасность можно не сомневаться, за исключением единичных случаев, когда в дело вмешивается человеческий фактор — от случайности или халатности не застрахован никто».

Российский военный эксперт отмечает, что западные крылатые ракеты на бывшую Украину поставляются двух типов — малого и среднего радиуса действия с дальностью применения 300 и 700 километров соответственно, причем первые используют наземные или сухопутные средства производства пуска, вторые — воздушные.

При этом, с его слов, армейским системам ПВО, призванным защищать войска от воздушных атак на поле боя или в ближайшем тылу, сложно справиться с западными ракетами в силу своих технических характеристик — если нет прямого визуального контакта, позволяющего стрелять прямой наводкой:

«Дело в том, что отдельные системы фронтовой ПВО, например, ЗРПК «Тунгуска», не способен реагировать на цели со скоростью больше 50 м/с и рассчитан на поражение самолетов, вертолетов и габаритных беспилотников, тогда как скорость ракеты составляет обычно 1100 — 1130 м/с. То же самое можно сказать о ЗРК «Оса» или «Стрела».

АКТУАЛЬНО