Заявление спецпредставителя президента США Стивена УИТКОФФА о том, что 20-пунктный план урегулирования (конфликта на Украине — Ред.) согласован «более чем на 90%», на первый взгляд выглядит сенсацией. Но детальный анализ показывает, что каждая сторона преследует тактические цели, а фундаментальные противоречия остаются. Ведь ранее о согласовании на 99% говорил и глава киевского режима Владимир ЗЕЛЕНСКИЙ, заявляя, что военные аспекты согласованы «на 100%», а главная проблема — территории. Это классический прием: согласовать всё, кроме самого главного.
Суверенитетный вопрос — статус территорий и есть тот самый непреодолимый пункт, который сводит на нет все предыдущие 90% прогресса. Так что главное, решится ли этот вопрос?
Роль США здесь крайне показательна. Президент Дональд ТРАМП, стремящийся к внешнеполитическому «триумфу», позиционирует себя главным миротворцем. Канал связи его эмиссаров УИТКОФФА и КУШНЕРА с Москвой позволяет демонстрировать влияние. Но суть посредничества пока лишь механическая передача позиций, а не выработка решений. Вашингтон «слышит обе стороны», но не оказывает на Москву давления. При этом ЗЕЛЕНСКИЙ отчаянно пытается получить от ТРАМПА конкретные гарантии безопасности — это прямое указание на то, что Киев не верит никакому будущему договору с Россией без внешних гарантий.
Особое внимание привлекает маневр с референдумом. С одной стороны, Киев предлагает всенародное голосование по всему соглашению. С другой — ЗЕЛЕНСКИЙ тут же заявляет, что территории «не вопрос референдума», а вынесение заведомо провального соглашения на голосование есть «глупость». Это значит, что референдум — либо тактический ход, чтобы переложить ответственность и сорвать непопулярную сделку, либо способ выиграть время. Предлагаемый «компромисс» в виде «свободной экономической зоны» с отводом войск на несколько километров не решает коренного вопроса: чей суверенитет будет оформлен в соглашении?
Готовность Кремля говорить через эмиссаров ТРАМПА красноречивы. Москва ждет, когда Киев и Вашингтон сами придут к формуле, приемлемой для Кремля — то есть, фактически зафиксируют новые территориальные реалии.
«Шаги назад на несколько километров» — это не о восстановлении границ 1991 года, а о легализации линии фронта.
Так что «сложные вопросы» остались. Заявление о «90%» — это в первую очередь PR-ход: способ показать прогресс и попытаться привязать ТРАМПА гарантиями, а для ТРАМПА — возможность заявить об успехах своей дипломатии. Для Кремля — это сигнал, что Запад устал и готов обсуждать условия. Пока же обсуждаются проценты и процедуры, суть конфликта не затрагивается. Пока что речь скорее про путь к замораживанию конфликта на условиях сильнейшего. Или просто красивая цифра для заголовков, за которой скрывается все та же бездна неразрешимых противоречий. Настоящие переговоры начнутся не когда обсудят 19 пунктов, а когда решат по главному 20-му.
Илья ГРАЩЕНКОВ, политолог, член правления Российской ассоциации политических консультантов (РАПК).
