НЕООСМАНИЗМ В АФРИКЕ: ОТ ГЮЛЕНОВСКИХ ШКОЛ ДО ВОЕННЫХ БАЗ

НЕООСМАНИЗМ В АФРИКЕ: ОТ ГЮЛЕНОВСКИХ ШКОЛ ДО ВОЕННЫХ БАЗ
135

Экономическая, военно-политическая и культурная экспансия Турции на «черный континент» идет по нарастающей.Под занавес 2017 года президент Турции Реджеп Тайип ЭРДОГАН отправился с очередной деловой поездкой на Африканский континент:  за четыре дня он объехал Судан, Чад и Тунис.

А уже в марте 2018 года турецкий лидер продолжает серию визитов по странам на западе Африканского континента: Алжир, Мавритания, Сенегал, Мали, причём в Мавританию и Мали — это первый в истории визит турецкого президента.

В течение последних десяти лет ЭРДОГАН побывал в 28 странах Африки, однако экспансия Турции на «черный континент» восходит, как минимум, ко второй половине 1990-х годов.

Ещё за 10 лет до этого группа работавших в Африке турецких дипломатов разработала сттратегию «открытия Африки» на фоне почти полного неведения о континенте, с которого переживавшая упадок Османская империя окончательно ушла лишь в 1913 году.

Несмотря на то, что несколько столетий значительная часть африканского континента входила в орбиту влияния константинопольского Халифата, длительное время в XX веке турки смотрели на Африку как на «безнадёжный континент», и во многом через призму западных патронов.

Положение дел стало меняться 30-35 лет назад, когда обозначился переход Турции к более эффективному использованию внутренних ресурсов и развитию экспортно-ориентированных экономических отраслей.

Пришедшая к власти в 2002 году Партия справедливости и развития не только подхватила этот курс в идеологической оболочке «неоосманизма», но и принялась активно проводить его в жизнь, что обусловило экономическую экспансию по всем возможным направлениям. Так, экспорт страны с 2002 по 2014 год возрос в четыре раза: с 40 до 158 млрд долларов, одновременно проводилась и его диверсификация.

Примечательно, что в своих поездках ЭРДОГАН (а ранее Абдулах ГЮЛЬ) непременно заявляет о якобы отсутствии у Турции колониального прошлого в Африке, о тесных исторических связях, изначально делая особую ставку на контакты с преимущественно мусульманскими странами.

Так, во время своего визита в Мавританию он особо отметил прекрасное знание местными жителями Корана. Однако сложные отношения с Египтом несколько портят «идиллическую» картинку. Из соответствующего раздела на сайте турецкого МИДа можно узнать об антиколониальном характере политики Османской империи в Северной и Восточной Африке, направленной против посягательств европейских колонизаторов.

В частности, в XVI в. турецкий флот под командованием адмирала Сейди Али-РЕИСА, оказывается, защитил остров Занзибар от «оккупационных сил», и многое другое, что свидетельствует о претензиях на политическое влияние не только в регионе, который некогда входил в состав Оттоманской империи, но также и за его пределами.

Если в 2005 году визиты ЭРДОГАНА в Эфиопию и Южно-Африканскую Республику критиковались многими наблюдателями как пустая трата организационных усилий и материальных ресурсов, то впоследствии такой взгляд претерпел кардинальную эволюцию.

Несмотря на очевидные различия в подходах к субрегионам Северной Африки и странам южнее Сахары, везде в центре внимания турецкого лидера — вопросы налаживания делового, культурного и торгового сотрудничества с опорой (что немаловажно подчеркнуть) на прочный задел, созданный в предшествующие два десятилетия или даже в более ранние периоды.

Вступив в «большую игру» на Африканском континенте позже Запада и располагая меньшими ресурсами, нежели Китай, Турция продвигает собственные форматы, делая акцент на гуманитарных (культурных, языковых, образовательных, медицинских) программах.

Турецкие школы в Африке, обучение в которых велось на английском языке, в значительной степени ассоциировались с именем известного проповедника Фетхуллы ГЮЛЕНА, ныне непримиримого оппонента президента ЭРДОГАНА. Будучи формально частными, негосударственными структурами, гюленовские образовательные центры пользовались в тот период полной поддержкой турецких властей.

Образовательные программы — это, конечно, часть более широкой и продуманной политики, направленной на обретение политического влияния и извлечение экономических дивидендов.

Ещё в конце 1990-х годов Министр иностранных дел Турции Исмаил ДЖЕМ инициировал «политику открытости» в отношении «черного континента», предполагавшей развитие политических, экономических, торговых и культурных связей Турции с африканскими странами.

В соответствии с новой политикой предполагалось открытие новых посольств Турции в странах Африки, обмен официальными визитами, заключение соглашений о торговле и защите инвестиций, налаживание контактов в сфере науки и образования, проведение культурных мероприятий.

В 2003 году Департамент внешней торговли при правительстве Турецкой Республики разработал «Стратегию развития экономических отношений с африканскими странами». В результате в 2005-2013 гг. торговля со странами Африки к югу от Сахары увеличилась более чем на 30%.

2005 год был объявлен в Турции годом Африки, после чего тогда премьер-министр Реджем Тайип ЭРДОГАН посетил с официальными визитами ряд африканских государств, в том числе, Эфиопию и ЮАР.

Турции был предоставлен статус наблюдателя при Африканском Союзе, а спустя три года — стратегического партнера Африканского Союза, она стала наблюдателем практически во всех африканских субрегиональных организациях (ВАС, ЭКОВАС, САДК, КОМЕСА и т.д.), в 2013 году вошла в «нерегиональные» члены Африканского банка развития.

В период председательства в «Группе двадцати» в 2015 году турецкие власти провели встречу по проблемам развития африканской энергетики с упором на страны Тропической Африки, а в феврале 2016 года — форум высокого уровня по Сомали «на полях» стамбульского Международного гуманитарного саммита.

В 2002-2014 гг. с 39 странами Африки были подписаны соглашения о торговом и экономическом сотрудничестве, с 22 — о защите инвестиций, с 11 — об отмене двойного налогообложения. Число торговых представительств Турции в регионе увеличилось с более чем в шесть раз.

Деятельность турецких компаний в Африке, стремящихся находить ниши, не заполненные заведомо более мощными конкурентами (такими, как Китай или Индия), в частности, в сфере малого и среднего бизнеса, активно поощряется государством.

Немалое значение в развитии африканских проектов принадлежит Турецкому агентству по сотрудничеству и координации (TIKA), в частности, в Сомали, Южном Судане, Ливии, Сенегале, включая столь злободневную для Африки проблему, как здравоохранение.

«Сегодня во всех уголках континента можно найти источники питьевой воды, сельскохозяйственные проекты, медицинские учреждения, поддерживаемые Агентством», — отметил в январе 2015 года Реджеп Тайип ЭРДОГАН в ходе своей поездки по странам Восточной Африки (Эфиопия, Джибути и Сомали).

Даже если количественные показатели реализованных проектов выглядят несколько фантастическими, всё равно, речь идёт о весьма значительных суммах, имеющих весьма заметную отдачу, в том числе в виде прибылей работающих на африканском рынке турецких компаний.

В 2008 году в Стамбуле прошел первый, а ноябре 2014 года в столице Экваториальной Гвинеи Малабо— второй саммит «Турция-Африка», в котором приняли участие представители более 30 государств. К этому времени (2014 год) объем торговли между Турцией и африканскими странами составил 25 млрд долл.

Итоговая Декларация саммита 2014 года «Турция-Африка» стала базовым документом, официально закрепившим взаимное стремление Турции и стран Африки развивать сотрудничество, и заложила основы для дальнейшего развития договорно-правовой базы на двустороннем и многостороннем уровнях.

В 2006-2014 гг. Президент и глава Правительства Турции совершили более 20 государственных визитов в африканские страны, где были открыты десятки турецких посольств (и, соответственно, посольства этих стран в Анкаре).

Интенсивно растут торгово-экономические связи, развивается авиационное сообщение: в 2015 году турки осуществляют рейсы в 31 страну и 48 африканских городов. Деятельность входящей в десятку лучших авиакомпаний мира Turkish Airlines можно с полным основанием назвать весьма эффективным форматом продвижения позитивного образа страны, равно как и престижные международные конкурсы на турецкой территории и с турецким участием.

По состоянию на 2015 год, накопленные турецкие инвестиции в Африке превысили 5 млрд долларов, из которых более 3 млрд приходится на Эфиопию, 500 млн — на ЮАР и 160 млн — на Судан (по другим данным – более 6 млрд. долл., что позволяет некоторым экспертам утверждать о лидерстве Турции  по росту инвестиций в Африку).

Особенно заметно присутствие турок в Эфиопии, причём бурные политические потрясения в этой стране, по-видимому, мало сказываются на сохранности турецких вложений в железные дороги, текстильные и строительные предприятия.

Андрей АРЕШЕВ, kavkazgeoclub.ru.

Фото: Daily Sabah.

ОБЩЕСТВО