РОМАН КОНОПЛЕВ: «РОЛЬ МОСКВЫ В ПРИДНЕСТРОВЬЕ БУДЕТ МИНИМИЗИРОВАНА ДО НУЛЯ В БЛИЖАЙШИЕ МЕСЯЦЫ»

РОМАН КОНОПЛЕВ: «РОЛЬ МОСКВЫ В ПРИДНЕСТРОВЬЕ БУДЕТ МИНИМИЗИРОВАНА ДО НУЛЯ В БЛИЖАЙШИЕ МЕСЯЦЫ»О нынешней ситуации в непризнанной мировым сообществом Приднестровской Молдавской Республике и перспективах разрешения конфликта с приднестровским литератором и независимым журналистом, владельцем неправительственного агентства DNIESTER Романом КОНОПЛЕВЫМ беседует президент Института Восточного партнерства Авраам ШМУЛЕВИЧ.

 

— Роман, что изменилось в Приднестровье за период после отстранения от власти Игоря СМИРНОВА, что все-таки произошло на самом деле тогда, и что происходит сегодня?

— С момента отстранения от власти Игоря СМИРНОВА для Приднестровья начался новый отсчет времени. Произошла смена поколений, просто где-то в СНГ это случилось раньше, где-то перемены запоздали, и проходили с определенным надрывом. Нечто подобное случилось в Тирасполе. На смену политикам постсоветской волны, вроде украинского Леонида КУЧМЫ и молдавского Петра ЛУЧИНСКОГО, приходят свои Викторы ЯНУКОВИЧИ. В Приднестровье население выбрало вместо СМИРНОВА представителя относительно молодого поколения — Евгения ШЕВЧУКА.

Стараниями предыдущего руководства, которое усиленными темпами 20 лет затаптывало любые политические инициативы, заглядывая в рот СМИРНОВУ, на последних президентских выборах особой интриги не произошло. Люди выбрали того, кого активно раскручивали местные СМИ в период правления СМИРНОВА — того, кого сам СМИРНОВ длительное время растил себе в преемники.

Удивительно и то, что российские чиновники также приняли участие в судьбе этого уже немолодого человека — он мелькал на съезде «Единой России», в компании высокопоставленных кремлевских персон… Помнится, и в мой адрес летели шишки — за критику этого же самого ШЕВЧУКА, когда он предлагал законодательные новации по введению жесточайшего прессинга против СМИ. Еще тогда я предсказывал, что перед нами отнюдь не демократических взглядов интеллектуал, а всего лишь бывший милиционер, с соответствующим набором ценностей.

Так что выбор населения был по сути безальтернативным. Это был запрограммированный последним десятилетием выбор народа, с той лишь разницей, что примерно за год до этих самых президентских выборов ШЕВЧУК порвал со своими кураторами в Кремле, в бизнесе и в местных политических кругах. Порвал тогда, когда ему, уже широко известному, с фамилией-брэндом в местных кругах, предложили отойти в сторону, и помочь другой, малоизвестной персоне.

К тому ж, многие помнят, — СМИРНОВА начал активно топить Кремль, он стал неприемлемой фигурой для Москвы, и эта «принципиальная позиция» обернулась тем, что кураторство Москвы в любых формах отныне не является приемлемым для Приднестровья. Со всеми вытекающими из этого последствиями – в том числе отсутствием обещанных масштабных финансовых вливаний. Они были обещаны под победу прокремлевского кандидата — Анатолия КАМИНСКОГО. Сейчас помощь заключается в небольших целевых траншах на поддержку пенсионеров и детских учреждений. И на этом, пожалуй, все.

Сегодня ШЕВЧУК и его пропагандисты, монополизируя политплощадку в Приднестровье, пытаются слить всех своих оппонентов в общее ведро с вывеской «ретрограды» и «смирновцы». Это очень удобно, позиционировать себя самым прогрессивным, ему хочется быть в глазах избирателей «таким как ПУТИН». Но пока очевидно, что у него много времени уходит не на решение проблем экономики, не на преодоление коррупции, а на борьбу с независимым мнением. Это крайне опасные тенденции, далекие от реалий, которыми живут цивилизованные государства.

— Каковы были первые шаги Евгения ШЕВЧУКА? Он что, не пророссийский политик, разве такое вообще возможно в ПМР?

— Первым делом ШЕВЧУК избавился от опеки россиян — раскассировал старую спецслужбу — МГБ. Ее начальник Владимир АНТЮФЕЕВ был со скандалом уволен, затем в ночь на 24 января 2012 у него под дверью в подъезде девятиэтажки была взорвана граната, при этом камеры, фиксировавшие двор, сигнал с которых идет на пульты охраны республиканского банка, эти самые камеры были заботливо отключены за 5 минут до взрыва. Все эти манипуляции происходили в полвторого ночи, банк в тот момент был уже под контролем новой власти.

Следствие по делу о взрыве новые спецслужбы грамотно завели в тупик и развалили. АНТЮФЕЕВ по понятным причинам оказался в России, а в Приднестровье по нему одно за другим возбуждаются уголовные дела, наверное, чтоб не вздумал возвращаться обратно.

У АНТЮФЕЕВА есть старинный оппонент, который дружит с новой властью, — бывший сослуживец генерала Александра ЛЕБЕДЯ, а сегодня спецпредставительпрезидента ПМР в России Михаил БЕРГМАН, максимально близок к новой власти. Возможно, он пытается исполнять роль «серого кардинала».

Говорить однозначно, что в Приднестровье, например, «антироссийские» политики стоят у руля, — нельзя. Они, все как один, могут часами рассуждать о своей любви к Таможенному Союзу, накалывают на праздники Георгиевские ленты, они очень любят, когда выходят имиджевые статьи, где их сравнивают с Владимиром ПУТИНЫМ.

В принципе, они ведут себя как идеальные, типичные СНГ-шные жулики, грантополучатели и потенциальные распильщики российских денежных средств, тем самым намекая, что готовы брать, как все берут, и так далее… Не секрет, что ведомства, отвечающие за зарубежье в РФ, — это эшелонированная коррупция. Вполне возможно, со временем они о чем-нибудь да договорятся, и будут дружно устраивать жизнь своих близких. Кто-то заработает в Москве, кто-то в Кишиневе, кто-то в Тирасполе… Удобная, уже классическая схема.

Правда есть и другой фактор — миссия ОБСЕ, которая сегодня играет главенствующую роль в переговорном процессе между Кишиневом и Тирасполем. ОБСЕ активно продвигает тему объединения под собственным кураторством. Европе не нужна эта горячая точка, они готовы инвестировать некоторые деньги, оказывать консультативную помощь, поддерживать инфраструктуру. К тому же в регионе — как в Кишиневе, так и в Тирасполе, — с ОБСЕ никому не хочется ссориться, это влиятельная структура, и кто знает, — быть может, она переживет не только ПМР, но и Молдову как государство.

— Разве возможен такой вариант?

— Традиционно молдавско-приднестровский регион не может существовать в отрыве от какого-либо крупного игрока. Если Россия со своей бесконечной коррупцией и метаниями загоняет себя в статус региональной державы, ей на смену выдвигается Румыния со своими имперскими амбициями. И кто знает, быть может спустя 5-10 лет Транснистрия, это румынское название земель «за Днестром», будет автономией в составе Румынии и, соответственно, Евросоюза…

— И такое возможно?

— Вполне. Несмотря на видимое сопротивление крупных мировых игроков, на недовольство ЕС и на боязни Украины, как вариант это вполне вероятно. Молдове трудно одной, в особенности, когда рядом живет родственный этнос, идентичный по большинству критериев, к тому же страна-член Евросоюза.

В Молдове есть внутренние силы, которые пытаются поддерживать «молдовенизм» — продукт пропагандистской машины сталинского СССР. Но эти силы уже находятся на политической обочине. В Приднестровье пока еще не звучат публично, на ТВ, позитивные темы про Румынию, но население, имеющее корни, время тоже зря не теряет. Молодежь Приднестровья достаточно активно приобретает болгарские и румынские паспорта, потому что это ворота в ЕС. Это возможность получать там образование, ездить на работу.

Политики, которые надеются получать деньги в Москве на свою деятельность, конечно, не говорят об этом вслух. Но эти процессы идут, и они вполне естественны — пространство не терпит пустоты. Особенно, если речь идет о пространствах в центральной части Европы.

— А как же Украина? Неужели она не имеет интереса заменить собой российское влияние?

— Отчасти это происходит. Есть информация, что нынешнее руководство Приднестровья активно консультируется с Киевом, а представители украинской разведки сейчас включили Приднестровье в зону своего особого интереса. Появлялись сведения и о том, что сегодня спецслужбы Приднестровья ориентируются в первую очередь на Киев, а не на Москву, как раньше. По сути, выходит, что сегодня они уже являются своего рода неформальным филиалом украинских компетентных структур.

У Украины, безусловно, есть опасения по поводу активности Румынии. Власти Румынии занимаются паспортизацией на территории Украины — в местах компактного проживания румын, и не только.

На гражданство Румынии могут претендовать лица без различия национальности, чьи предки проживали на территории, находившейся в годы борьбы с нацизмом на землях, подконтрольных румынской армии. А это, замечу, не только Приднестровье, но и Одесская, и Николаевская области Украины. Так что интерес Украины к Приднестровью далеко не праздный, он обоснован страхами, но в отличие от прошлых лет, когда можно было рассказывать молодежи про румынские плетки, сегодня эти пропагандистские сюжеты не приносят результата — паспортизация идет полным ходом.

Украина в глазах молодежи — меньшая ценность, чем паспорта Евросоюза, молодежь выбирает себе возможности. Она не верит разговорам своих политиков «про Родину», и тому подобное, поскольку видит, как эти политики живут сами, где отдыхают, и так далее. Да и румыны не жалеют инвестиций на мероприятия в своем ближнем зарубежье.

— А как складываются отношения у Евгения ШЕВЧУКА с Молдовой?

— Блестяще. В Молдове он суперпопулярный политик, прикоснуться к которому для всех тамошних политических игроков считается большой удачей. Его считают антагонистом Москвы, человеком, который победил Кремль. Что ж тут гадать, в Молдове его считают «своим», тем более что он избрал для республики тактику мелких шагов в сторону Кишинева.

Это сейчас реализуется на практике. Молдавские таможенники уже работают на территории Приднестровья, осенью закончатся все нюансы по демаркации приднестровско-украинского участка, и там могут появиться совместные украино-молдавские посты. Таким образом, ОБСЕ и Украина аккуратно прижимают Приднестровье к Молдове. Украина тем самым, я думаю, надеется обеспечить себе поддержку со стороны ЕС от экспансии румын.

На самом деле, для приднестровцев не так уж страшно объединение с Молдовой — тем более что больше половины из них уже имеют молдавские документы. Остальные, если понадобится, оформят тоже какие-нибудь. Есть различные встречные нюансы, связанные с тем, что нынешняя Молдова не конечна в своем статусе. У нее нет внутренних стержней для государственности, — она может существовать лишь как часть большого пространства. Россия уступает этот регион — значит, пространство будет румынским. Украинским оно не будет — это совершенно точно.

— Так возможна ли «сдача» Приднестровья?

— Приднестровье сегодня лежит в экономическом штопоре. Ситуация очень тяжелая. К тому же она усугубляется перекосами в сфере гражданских прав и свобод. Нынешнее руководство не понимает, что существует другая совершенно модель, что есть Европа, у которой можно многому научиться, как обеспечивать приток инвестиций, как гарантировать свободу и безопасность.

По сути, молодое поколение у власти, на большой процент состоящее из эдаких полукриминальных элементов, — по обоим берегам Днестра, отмечу, — получило в свое ведение авторитарную модель. В Молдове она осталась после отстраненного от власти Владимира ВОРОНИНА. В Приднестровье — после свержения СМИРНОВА.

Ломать эту модель — не выгодно ни Владимиру ФИЛАТУ у себя в Бессарабии, ни ШЕВЧУКУ — у себя в Приднестровье. Она же удобна! Можно решать свои вопросы, можно держать всех в кулаке и тешить собственное самолюбие.

Но и Молдова, и Приднестровье сегодня — в плачевном экономическом состоянии. И в трудный момент им понадобится плечо. Поскольку в дружбе Кишинева и Тирасполя всегда будет доминировать столица, плечо это будет румынским.

Говорить о какой-то принципиальной «сдаче» не вполне корректно. Да, есть некоторые странности в действиях тех, или иных чиновников в Приднестровье, уступки по мелочам, которые лишены встречного импульса…

У меня есть ощущение, что нынешние власти ПМР вынуждены идти на поводу у внешних игроков. Они имеют обязательства самые разные, порой взаимоисключающие. Они имеют давление на себя. И это давление будет нарастать — ОБСЕ наращивает активность, Москва получает моральное утешение, Киев получает рычаг давления на Румынию, так что у ШЕВЧУКА при всем желании дальше оставаться самым главным на этом участке земного шара вряд ли будут шансы сохранить свой авторитет и власть на долгое время.

— И что будет дальше с ПМР? Какова будет роль Москвы? Будет ли федерализация?

— Если ничего радикального не произойдет, то роль Москвы будет минимизирована до нуля в ближайшие месяцы. ОБСЕ дожмет ситуацию до конца за год-полтора, Приднестровье свалится в Молдову. Русские войска уйдут, как было в бывшей Югославии. Разумеется, ни о какой федерализации речь идти не может. Как максимум возможного, Приднестровье получит особый статус по аналогии с Гагаузией.

Сейчас в ПМР бродят разные конспирологические теории на счет, якобы, кулуарных договоренностей Ангелы МЕРКЕЛЬ и Владимира ПУТИНА. Якобы, Германия все возьмет в свои руки, и объединит Молдову. Россия получит утешительный бонус в виде этого ярлыка «договорились МЕРКЕЛЬ и ПУТИН», хотя я сильно сомневаюсь, что ПУТИН на эту тему договорился с МЕРКЕЛЬ.

Если говорить о судьбе населения, не касаясь геополитики, то перспективы отнюдь не радужные. Сегодняшнее Приднестровье — это, в основном, пенсионеры. При соединении с Молдовой там будет много проблем с документированием. Это, конечно, не все проблемы. В отличие от Гагаузии, где гагаузы являются сплоченной этнической общиной, в Приднестровье общины существуют лишь в умах так называемых «лидеров». И если добавится националистическая компонента, поплывут какие-нибудь застарелые обиды, славянам будет нелегко, и вряд ли комфортно.

Самое же удручающее заключается в том, что Молдова, как и Приднестровье, пусть и со своими особенностями, где-то более прогрессивными, где-то пещерными, в связке — напоминают Украину при ЯНУКОВИЧЕ. Олигархи, которые манипулируют политиками, политики, готовые легко переступать через гражданские свободы и международное законодательство, когда это нужно, мафия, кумовство, и совершенно нищее, тёмное и бесправное большинство, которым легко манипулировать на фоне безответственных обещаний.

На мой взгляд, у Румынии больше чем у кого бы то ни было энергии и амбиций «заниматься» этой территорией, и этот фактор стоит учитывать тем, кто планирует там жить дальше. Россия в регионе сегодня присутствует лишь номинально. Вряд ли европейцам будет интерес долго ковыряться в местечковых дрязгах, как только до чего-нибудь Кишинев и Тирасполь договорятся, о здешних краях все сразу забудут. Вот тогда и начнется настоящая серая реальность, унылая и бесперспективная. Когда не понятно, чья это провинция — Румынии, Украины, или все-таки России…

И каждый маленький царек, как обычно, будет видеть себя могучим диктатором и Дэн СЯОПИНОМ местного розлива. Правда вместо экономических реформ население, как правило, будет слышать смешные байки, как их кумиры на полусогнутых, с протянутой ладошкою отираются по коридорам администраций Бухареста, Москвы и Брюсселя с просьбой подбросить хоть чего-нибудь по мелочи, да зиму пережить…

А потом выдать свое попрошайничество за крупные дипломатические успехи и экономические достижения устами придворных журналистов. Полный, как говорится, постмодерн…

Источник: АПН.

 

Поделиться в соц. сетях

РОМАН КОНОПЛЕВ: «РОЛЬ МОСКВЫ В ПРИДНЕСТРОВЬЕ БУДЕТ МИНИМИЗИРОВАНА ДО НУЛЯ В БЛИЖАЙШИЕ МЕСЯЦЫ»
0
РОМАН КОНОПЛЕВ: «РОЛЬ МОСКВЫ В ПРИДНЕСТРОВЬЕ БУДЕТ МИНИМИЗИРОВАНА ДО НУЛЯ В БЛИЖАЙШИЕ МЕСЯЦЫ»

Вы можете оставить комментарий, или trackback с вашего сайта.

Оставить комментарий

Вы должны войти в систему , чтобы оставить комментарий