ПРОТИВНЫЕ СОЮЗНИКИ

ПРОТИВНЫЕ СОЮЗНИКИ
5

Прошлогодняя война, закончившаяся признанием Москвой и Манагуа независимости Абхазии и Южной Осетии, привела к неожиданной региональной изоляции России. Прошло больше полугода, однако число сторонников независимости Сухуми и Цхинвали так и не выросло, а Москва, сохранив дипломатические связи, оказалась в изоляции не только от атлантического, но и от евразийского сообщества.

НАТО честнее ШОС

Как ни парадоксально, российская политика на Кавказе сблизила позиции НАТО и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Практически сразу после войны состоялось пафосное заседание ШОС, членов которой Москва рассматривает в качестве своих стратегических союзников (особенно на фоне натовских кораблей в Черном море). Как утверждали российские дипломаты, в ходе заседания ШОС позиция Москвы встретила понимание и поддержку «шанхайцев». Однако на самом деле ШОС отнюдь не поддержала Россию а, в лучшем случае, «не заметила» ее действий. То, что ни одно государство, входящее в организацию, не признало независимости бывших грузинских автономий, можно расценивать как факт признания ими территориальной целостности Грузии.

shos_1

Чем же тогда позиция по кавказскому вопросу «официальных» противников России отличается от позиции союзников, которые всего лишь повторили своими действиями (а, вернее, бездействием) позицию НАТО и США? А ведь тему признания/непризнания Россия сегодня рассматривает как тест на стратегическую дружбу. Его не прошли ни страны НАТО, ни страны ШОС, значит — на Востоке у Москвы друзей не больше, чем на Западе.

Когда представители высшего российского руководства намекают европейским членам НАТО, что у России хватит газовых запасов, а также воли распечатать газовые месторождения, чтобы направить «Голубой поток» не на Запад, а в страны «шанхайских» союзников, трудно понять их откровенную предпочтительность. А за какие заслуги нужно поставлять газ восточным соседям, которые не прошли тест на дружбу? За то, что «шанхайцы» подписали какую-то там декларацию со словами поддержки российской позиции? Но в реальной политике ценятся не декларации, а реальные поступки, конкретные шаги и действия, по которым только и происходит стратегическое опознание по линии «свой — чужой».

В этом смысле страны НАТО оказались честнее «шахайских друзей» — они открыто сказали Кремлю, что атлантическому сообществу в действиях России на Кавказе не нравится. ШОСовцы же сказали одно, а сделали (вернее, не сделали) другое. Игнорирование стремления России расширить периметр международного признания независимости Абхазии и Южной Осетии — не менее антироссийский акт, чем заплыв натовский кораблей в Черное море.

Пекинский интерес

Теперь у Москвы оказалось размытым восприятие стратегических противников и союзников. Для России страны НАТО реанимировали свой статус полу-врагов, а страны ШОС проявили свой статус полу-друзей. И еще неизвестно, какой статус хуже.

china_2

В полудружеской политике приходится искать китайский след. Вопреки распространенному в России мнению, блок ШОС остается одним из важнейших инструментов китайской внешней политики, задачи которого сводятся к освоению постсоветского пространства. Стратегическая цель этого альянса — китайская экспансия на территорию бывших республик СССР под благовидным предлогом «противостояния США и НАТО», а также ограничение российского влияния в Средней Азии и на Южном Кавказе.

Экспансионистские планы Пекина на постсоветском пространстве ничем не отличаются от аналогичных планов США, а планы НАТО и вовсе скромнее, чем геополитический размах китайских товарищей. Поэтому подыгрывать российскому усилению в регионе Южного Кавказа Пекин не намерен. Признать независимость Абхазии и Южной Осетии для Китая значило бы подержать линию на усиление российских позиций на Кавказе.

То, что ни одна страна ШОС не признала независимость бывших грузинских автономий, говорит о том, что в «шанхайском союзе» жестко доминирует китайский геополитический интерес, а отнюдь не российский. Россию в ШОС готовы поддержать словами. Делами здесь поддерживают Китай. Видимо, такая ситуация устраивает кремлевских чиновников, раз они заявляют о возможности распечатать для китайских друзей и их союзников газовые месторождения, отблагодарив тем самым «шанхайцев» за то же самое, за что стремятся наказать натовцев…

Отказ «шанхайцев» поддержать российскую линию в отношении Грузии показал также, что Пекин и его «сателлиты» по ШОС намерены выстраивать самостоятельную стратегию на Кавказе, и что стратегия эта не совпадает с российской. Пекин (а вместе с ним и вся ШОС) не намерен портить отношения с Тбилиси. В этом смысле Москва оказалась в политической изоляции, относительно как натовского, так и шанхайского полюса. Не исключено, что эта изоляция и была целью китайской стратегии.

Такой любопытный поворот в новом раунде кавказской игры позволяет предположить, что плодами российской победы могут воспользоваться не только США и НАТО, но также Китай и ШОС (без России). Во всяком случае, по кавказскому вопросу у атлантического сообщества и «большого китайского сообщества» отыскалось гораздо больше точек соприкосновения, чем с Россией.

Возможно, ситуацию удастся переломить в Екатеринбурге, где в середине июня пройдет саммит ШОС. Но верится в это с трудом.

Андрей СЕРЕНКО.



ПОЛИТИКА