ЭЛЬБРУС МАМЕДОВ: «АЗЕРБАЙДЖАНЦЫ В ГРУЗИИ ВЫНУЖДЕННО УТРАЧИВАЮТ САМОБЫТНОСТЬ»

ЭЛЬБРУС МАМЕДОВ: «АЗЕРБАЙДЖАНЦЫ В ГРУЗИИ ВЫНУЖДЕННО УТРАЧИВАЮТ САМОБЫТНОСТЬ»
14

Кому выгодно, чтобы проживающие в Грузии азербайджанцы забыли родной язык и культуру, почему в Грузии — про росте численности азербайджанской диаспоры — неуклонно сокращается количество школ, где преподавание ведется и на азербайджанском языке? Ответить на эти вопросы попытался глава правозащитной мониторинговой группы национальных меньшинств MRMG Эльбрус МАМЕДОВ.

— Как в сегодняшней Грузии реализуется право азербайджанцев на образование, в частности, на родном языке?

— Для нас очень важно, чтобы родной язык этнического меньшинства признавался и рассматривался как часть языкового и культурного наследия Грузии. Сегодня мы имеем потребность в том, чтобы грузинские власти вели активную последовательную политику в области образования, с тем, чтобы было защищено право образования на родном языке.

Азербайджанцы в Грузии не только должны иметь право на самобытность, но и развивать ее, они должны участвовать в культурной, социальной, экономической и общественно-политической жизни, интегрируясь, таким образом, в жизнь всего общества Грузии.

Это подразумевает, прежде всего, необходимость изучать государственный язык Грузии, и в то же время, наличие надлежащих возможностей для обучения своему родному языку или на своем родном языке. К сожалению, мы видим, что есть тенденции усиления обучения государственному языку за счет сокращения обучения на родном языке.

Сегодня образование — инструмент сохранения самобытности, в том числе и за пределами зон значительного или традиционного проживания этнических азербайджанцев в Грузии. Образование касается не только системы обычного обязательного школьного образования, но также дошкольного и высшего образования.

Есть большая потребность в профессиональном образовании, в обучении взрослых, в подготовке профессиональных групп, включая правоведов, полицию, журналистов, чиновников правительства и даже политических, общественных деятелей. Это же все сегодня в Грузии почти отсутствует.

Сюда можно добавить также такие виды деятельности в области образования вне рамок традиционной школы, как, например, классы религиозного воспитания или летние образовательные лагеря.

Мы же в последнее время стали рассуждать об образовании весьма узко — среднее и высшее образование. Такое отношение формирует неконкурентоспособность. Такое мышление делает нас весьма и весьма слабыми как общину, это сказывается в реальном отсутствии представленности во многих сферах общественно-политической жизни Грузии. Процесс образования не заканчивается только тем, что азербайджанец закончил школу или вуз, процесс образования фактически должен идти всю жизнь.

— Вы отметили, что есть тенденции усиления обучения государственному языку за счет сокращения обучения на родном языке. Можете привести конкретный пример разрушения в Грузии системы образования на азербайджанском языке?

— Хочу сказать, что система образования на родном языке национальных меньшинств разрушается постепенно, и этот процесс продолжается последние 20 лет. Сегодня многие проблемы в сфере образования закладываются с дошкольного образования. В Грузии в этом плане нарушается ряд международных норм и Конституция.

Реалии таковы, что имея в виду важность дошкольного образования на родном языке, под этим углом зрения образовательная система Грузии перестала учитывать язык и культуру этнических азербайджанцев Грузии, в местах, где компактно проживают азербайджанцы: в Дманиси, Болниси, Марнеули, Гардабани, Телави, Сагареджо, Лагодехи, Цалка, Тетрицкаро закрыты почти все дошкольные учреждения этнических азербайджанцев на родном языке.

Хотел бы напомнить, что по данным Департамента статистики Грузии, в 2002 году в стране проживал 284 761 азербайджанец, и на такое количество людей в стране нет дошкольных учреждений, детских домов на родном языке.

По нашим сведениям, лишь один детский сад был в селе Габал в районе Лагодехи. В городе Гардабани директор местного детского сада пыталась сохранить азербайджанский сектор и ее уволили за такое усердие. После этого, в Гардабани не осталось ни одного детского сада для тех, кто хотел бы, чтобы их дети получили дошкольное образование на родном языке. Нельзя сквозь пальцы смотреть на то, что в Грузии полностью были закрыты все очаги дошкольного воспитания на азербайджанском языке.

— То есть, в результате мы получаем ассимиляцию азербайджанцев Грузии?

— Да, многими подобные шаги воспринимаются как ассимиляция. Что это означает? Нет дошкольных заведений, а это означает, что дети поступают в школы с азербайджанским сектором обучения без начальной подготовки. Многие специалисты в Грузии считают это ограничением в праве на образование, и это ограничение дает о себе знать в успеваемости учеников, во время учебы они всегда сталкиваются с трудностями при получении образования на родном языке.

Естественно, родители начинают подумывать о том, чтобы отдать детей в детские сады на грузинском языке, а в последующем — в школы с грузинским сектором. Все это настолько взаимосвязано и переплетено, однако в конечном итоге сводится к одному — фактическому исчезновению права и возможности на получение образования на родном языке.

Еще раз подчеркиваю, речь идет о наличии права на возможность на получение образования на родном языке. Когда исчезает это право на возможность – это уже дискриминация, и направление целой общины в сторону ассимиляции.

Вот вам пример. Еще во времена Советской власти в местах, в селах, населенных азербайджанцами в районах Мцхета, Каспи, у детей не было возможности получать образование на родном языке, и соответственно, они ходили в грузиноязычные школы.

Сегодняшние дети и целые поколения до этого из вышеуказанных районов в большинстве своем не умеют ни читать, ни писать на родном языке, да и говорить предпочитают не на родном. Их лишили возможности получить образование на родном языке.

Если присмотреться к данной группе населения, в них есть черты размывания этнической идентичности, самобытности, есть черты ассимилированности. Это было «опробовано» в этих районах, и у общественно-активной части азербайджанцев есть страх того, что этот же метод внедряется в публичных школах региона Квемо-Картли и по всей Грузии.

— Сколько всего на сегодняшний день осталось азербайджанских школ в Грузии, и что предпринимает сама азербайджанская община в качестве противодействия политике ассимиляции?

— В Грузии сегодня осталось 120 азербайджанских школ. При распаде Советского Союза в Грузии было 183 школы, 6742 национальных кадра и более 50 тысяч учеников. Спросите у официальных работников Министерства образования Грузии, куда делись 53 школы, здания этих школ? Ответ надо требовать от под завязку коррумпированных руководителей ресурс-центров по образованию, в особенности, у руководителя Марнеульского района.

Именно эти ресурс центры ведут деструктивную работу по разрушению образовательной системы на языке национального меньшинства на региональном уровне. Несколько раз общественные организации в регионе Квемо-Картли сталкивались с руководителем ресурс-центра в Марнеули в попытке предотвратить закрытие очередной школы.

«Ассоциация возрождения Садахло» почти год боролась за школу в селении «Второе Косалы», где хотели закрыть отремонтированную 12-летную публичную школу. Было получено более 250 обращений сельчан, в итоге людям удалось сохранить школу, хотя она и превратилась в неполную среднюю школу.

Закрытие школ идет под лозунгом оптимизации. А что говорить о бывшем депутате парламента Грузии Рамине БАЙРАМОВЕ, который во время незаконной «прихватизации» группой чиновников общественной организации «Конгресс азербайджанцев Грузии» с трибуны возмущался, что при поддержке из Азербайджана ремонтируются школы и дороги в регионе Квемо-Картли. Этому выступлению аплодировали все те же региональные чиновники, которые якобы ведут государственную работу на региональном уровне.

Вот еще один интересный факт. В июне 2011 года, во время выступления в Самцхе-Джавахети, президент Грузии сообщил о том, что в 2011/2012 учебном году в негрузинских школах 30% предметов будут преподаваться на грузинском языке.

«Это означало, что в образовательную программу не включены такие предметы, как национальная история, культура и т.д. История и география Грузии преподаются не на родном, а на государственном языке, отчасти, на билингвальной основе, делая процесс образования весьма и весьма некачественным», — это не мои, а слова кадровых специалистов в области образования.

Мы проводили исследования на фактор привлечения представителей национальных меньшинств при разработке тех или иных образовательных программ, в частности, во время очередной образовательной реформы и подготовки Национальной программы образования в Грузии.

Примечательно, что большинство преподавателей из числа азербайджанцев, не открыто, конечно же, в силу страха потерять работу, высказывались против вышеназванной программы по целому ряду причин, в основном, из-за постепенной потери права на образование на родном языке. Хотя мне могут возразить, что в разработку данной программы был включен один представитель из числа азербайджанской общины Тбилиси.

Вот вам другой пример от специалистов по образованию. При рассмотрении «Общего закона об образовании» мнение о проекте закона фактически не было обсуждено и проанализировано представителями меньшинств, по крайней мере, точно не было обсуждено с азербайджанкой общиной. Директора школ автоматически оформили протокол и отправили его в вышестоящие органы, где отметили, что якобы этнические меньшинства согласны с данным законопроектом. Вот вам и «обсуждение».

В итоге, в национальных школах не преподают такие предметы, как национальная история, культура и религия, а некоторые предметы преподаются на языке большинства. Руководители школ, ради своей карьеры и под давлением «верхов» подвергли национальные меньшинства угрозе ассимиляции. Уверяю Вас, подобного мнения придерживаются в подавляющем большинстве публичных школ азербайджанской общины Грузии.

— Вы рисуете довольно мрачную картину будущего азербайджанцев Грузии…

— Я ничего не преувеличиваю. Сегодня мы стоим перед угрозой того, что в ближайшие 10 лет азербайджанские школы в Грузии останутся без преподавателей. Это констатируют уже как неизбежное подавляющее большинство общественно-активных членов общины.

Со стороны Министерства образования Грузии мы не видим никакой заинтересованности в подготовке национальных кадров для школ меньшинств. Такое ощущение, что государству стало незачем готовить преподавателей и другие кадры для системы образования на азербайджанском языке, хотя это прямая конституционная обязанность.

К месту будет вспомнить о массе тех обязательств, которые приняла на себя Грузия перед ООН и в Совете Европы в области права на образование национальных меньшинств. Очевидно, что власти не стали тратить усилия и бюджетные деньги на подготовку нового поколения преподавателей для публичных школ, в которых преподают на азербайджанском языке.

— Может быть, в таком случае нужно было бы быть более активным Министерству образования Азербайджана, которое занялось бы подготовкой кадров и обеспечением учебниками азербайджанских школ Грузии?

— В Грузии ряд азербайджанских организаций посредством прессы стали искать виновных за границей и укорять в том, что якобы Министерство образования Азербайджана ничего не предпринимает в подготовке кадров и в поставках учебников для наших школ в Грузии.

В первую очередь, надо разъяснить весьма важную деталь. Да, нужно готовить кадры преподавателей, нужны квоты в вузах, но это не обязанность Министерства образования Азербайджана, как это в последнее время стали преподносить и формулировать некоторые организации. Если это делалось до сих пор, то только в силу многовековой дружбы и солидарности, ради поддержки азербайджанской общины.

Это автоматически означало, означает и будет означать поддержку Грузии, как это делается и в других сферах социально-экономической жизни. Это вполне нормально принимается и воспринимается всеми странами, когда родственная по этнической общности страна помогает общине за границей.

Однако мои гражданские обязанности перед государством Грузия и мои права расписаны в Конституции Грузии, поэтому мои конституционные требования должны быть и могут быть направлены к той образовательной структуре в Грузии, которая обязана обеспечить качественными кадрами и качественными учебниками образовательную систему на моем родном языке.

По нашей просьбе общественной организацией «МААРИФ» был подготовлен доклад в области образования. Мы были озадачены той массой проблем, которая была отражена в данном докладе. Есть масса «неудобных тем», о которых нам надо говорить и решать вместе с нашими государственными органами в Грузии.

Например, в докладе отмечалось: «в школах большинства преподается предмет «Религия и культура», а в школах с азербайджанским сектором, а это 120 школ, нет, лишь в 1-ой Садахлинской школе Марнеульского района преподают этот предмет, а в остальных путем давления запретили…».

Для чего это делается и к чему? Много вопросов возникает после того, как ознакомишься с 50 страницами этого доклада, но основной вывод доклада — это поэтапное вытеснение родного языка азербайджанцев из школ и отсутствие какой-либо перспективной программы по подготовке новых кадров в сфере образования национальных меньшинств.

Беседовал Бахрам БАТЫЕВ, Vesti.az.



АЗЕРБАЙДЖАН